Министр сельского хозяйства возрождает мечту председателей колхозов

Утопическая идея, а именно создание банка исключительно для нужд фермеров, кажется, нашла поддержку у нынешнего министра сельского хозяйства Республики Молдова Эдуарда Грамы.

Идея первоначально была предложена еще в советский период председателями колхозов, которые постоянно жаловались на плохое положение дел в сельском хозяйстве, и поскольку старая инициатива на этот раз исходит от самого министра сельского хозяйства, тема эта заслуживает широкого рассмотрения.

Так, в одном из интервью министр сельского хозяйства Эдуард Грама аргументировал необходимость создания «банка развития сельского хозяйства» следующим образом: «Молдове сейчас необходим банк развития в сельскохозяйственной сфере. Об этом говорится уже несколько лет, однако до сих пор так ничего и не сделано. Все страны ЕС и мира, находящиеся на пути экономического развития, имеют банки развития. Они идут на определенные риски и инвестируют в рискованные проекты, стимулируя тем самым экономическое развитие страны. Сельское хозяйство по самой своей сути является рискованным проектом».

01-eduard-grama-copy

Зачем председателям колхозов был нужен собственный банк?

Правда в том, что подобные идеи уже были в прошлом, но они относительно быстро заглохли. Желание аграриев иметь отдельный банк для своей отрасли то тлело, как угольки в крестьянской печи, то полностью затухало, но оно никогда не разгоралось на полную мощь. Абсолютный вес всегда имели экономические доводы.

Сильный аргумент в пользу создания подобного учреждения удачнее всего описан – хотя и в несколько анекдотичной манере – в книге, посвященной Леониду Талмачу (первому губернатору НБМ), изданной в серии «Личность страны». Автор воссоздает дискуссию 1992 года с одним из председателей колхоза, который сообщил, что на годовом собрании местного сельскохозяйственного предприятия было принято решение о создании собственного банка, поскольку «Оргеевский не выдает кредитов». На вопрос главы Нацбанка, почему им больше не дают кредитов, председатель колхоза ответил, что заемщики не могут погасить старые кредиты, которые продолжают генерировать новые долги. «Поэтому [аграриям] нужен собственный банк», – подчеркнул собеседник. А по поводу капитала для открытия банка решение колхозника было столь же простым – капитал должен предоставить Национальный банк (!).

Последняя широко обсуждавшаяся инициатива по созданию фермерского банка датируется 2012 годом, то есть спустя 20 лет после первого разговора по этому поводу. На этот раз идея создания «Крестьянского банка» была предложена Федерацией фермеров Молдовы в ответ на по-прежнему ограниченный доступ членов организации к банковским кредитам. Концепция предусматривала создание организации микрофинансирования (OMF) на базе территориальной сети Федерации. Форма OMF была выбрана потому, что данная структура является гораздо более гибкой, по сравнению с финансовым учреждением по типу банка, с точки зрения кредитования малых и средних предприятий в сельском хозяйстве. Тогда представители Федерации провели несколько раундов переговоров с австрийской финансовой группой «Erste» относительно поддержки проекта, однако в конечном счете «Erste» прервала переговоры. Австрийцы не приняли проект, но и не высказали категоричного отказа по поводу партнерства – дискуссии, как и сам проект, остались в подвешенном состоянии.

Почему именно Банк развития?

В представлении действующего министра сельского хозяйства Банк развития является оптимальной формой финансирования сектора, и по этому поводу уже ведутся дискуссии как с Министерством финансов, так и с Нацбанком. «Сложно постоянно иметь дело с залогами, быть заслуживающим доверия, и поэтому банки развития являются наилучшим вариантом в сфере сельского хозяйства. Мы выступили с этой инициативой, ведем переговоры, обсуждаем этот вопрос и с Министерством финансов и с Национальным банком. Возможно, у нас все же появится и Банк развития», – отметил министр.

В принципе, в международной практике деятельность банков развития помогает государству в решении ряда макро-задач, в том числе:

– Поддержка стратегических и приоритетных областей государства;
– Поддержка устойчивого экономического развития;
– Снижение социального неравенства.

Как правило, бенефициары, имеющие право воспользоваться банковско-финансовыми продуктами, характерными для деятельности банка развития, не проявляют большого интереса к ним и сталкиваются со сложностями в доступе к банковским ресурсам, хотя и представляют категорию клиентов повышенного риска, но с высоким потенциалом создания добавленной стоимости и рабочих мест (новые предприятия, малые и средние предприятия, НПО, межобщинные ассоциации развития, группы местного взаимодействия и т.д.).

Кроме того, некоторые банки развития стремятся финансировать инфраструктурные проекты в государственном секторе. Исходя из профиля вышеописанной деятельности, банки развития не концентрируются на одном единственном секторе, а ориентированы на категории бенефициаров, представляющих разные сферы. И тут появляется первый вопрос касательно жизнеспособности предлагаемой Минсельхозом идеи – насколько осуществимо и целесообразно создание банка развития исключительно для сельского хозяйства РМ?

И еще больше вопросов по данной инициативе возникает, когда анализируем источники финансирования банка развития, а они могут быть следующими:

– Фонды из государственного бюджета;
– Средства, полученные от программы приватизации;
– Внутренние кредиты и займы, которые засчитываются как государственный долг и т.д.

Иными словами, первоочередной задачей Банка развития не является получение прибыли и даже не привлечение депозитов от населения, а его ресурсы происходят либо из государственных фондов, либо из средств, полученных под государственные гарантии. Исходя из источников финансирования, существует целый ряд примеров и заключений, которые и камня на камне не оставляют от инициативы об учреждении в Республике Молдова Банка развития:

Крах «Banca de Economii» (BEM) – в 2013 году, когда власти передали мажоритарный контрольный пакет акций BEM в частные руки, официальные лица неоднократно высказывались, что государство является не лучшим менеджером, что позже и подтвердилось, поскольку Правительство действительно управляло банком хуже некуда. Значительную часть украденного миллиарда, позже переведенного в государственный долг, представляют невозвратные кредиты, накопившиеся в BEM за долгие годы, когда администратором являлось Правительство. И в этом смысле коллективное восприятие может быть крайне негативным по поводу создания нового банка с участием государства.

02-banca-de-economii-copy

Отсутствие денег на подобные проекты – открытие Банка развития сельского хозяйства предполагает выделение бюджетных средств в сотни миллионов леев как минимум, а учитывая нынешнее крайне сложное положение дел с государственными финансами, трудно поверить, что для подобного проекта найдется место в статьях расходов государственного бюджета.

Отклонение закона о сельскохозяйственном кредите и категоричная позиция Правительства – возможно, самым сильным аргументом, подрывающим инициативу создания специального банковского учреждения для аграриев, является отсутствие энтузиазма Правительства, которое только в этом году выдало негативное заключение авторам инициативы, выдвинутой летом 2015 года группой депутатов, возглавляемой председателем Парламента Андрианом Канду. Группа предложила проект Закона о сельскохозяйственном кредите, который в общих чертах предусматривал следующее:

  • Сельскохозяйственный кредит выдается банками в сотрудничестве с Государственным фондом гарантирования кредитов. Финансовая гарантия предоставляется Организацией по развитию малого и среднего бизнеса в Молдове (ODIMM).
  • Кредиты предоставляются банками по плавающей ставке, рассчитывающейся из базовой ставки, устанавливаемой Нацбанком, сниженной на 5 процентных пунктов.
  • Срок предоставления кредита составляют минимум 3 года.
  • Сельскохозяйственный кредит выдается бенефициарам для поддержания текущей деятельности, связанной с сельскохозяйственным производством.

Согласно авторам проекта, коммерческие банки получают налоговые льготы за счет снижения налога на прибыль, выплачиваемого в бюджет, на сумму, равную размеру упущенной выгоды в результате предоставления льготных кредитов в сельскохозяйственном секторе.

Вердикт Правительства: Проект противоречит законодательству

Однако в марте 2016 года, после оценки эффективности данной законодательной инициативы, Правительство приняло Постановление (Hotărâre), в котором сообщило о нецелесообразности продвижения данного проекта, заявив, среди прочего, что «государство создает всем предприятиям равные юридические и экономические условия для хозяйствования», таким образом, нет причин или места для преференций аграриям.

Правительство констатировало, что «законопроект о сельскохозяйственном кредите, вопреки Закону о финансовых учреждениях, Гражданскому кодексу и другим действующим нормативным актам, устанавливает нормы преференциального кредитования предприятий сельскохозяйственного сектора, без учета базовых правил установления ставок перекредитования и без определения дешевых ресурсов, необходимых банкам для кредитования сельскохозяйственного сектора».

В этом же постановлении констатируется, что на данном этапе нормативно-правовая база содержит достаточно регулирующих положений касательно кредитной деятельности, которая относится в том числе и к сельскохозяйственной области, а банковские, небанковские и некоммерческие учреждения, существующие в настоящее время, предлагают широкую гамму продуктов, услуг, программ и проектов, посредством которых предприниматели аграрной отрасли могут воспользоваться финансовыми средствами для своей операционной или инвестиционной деятельности.

Проблемы в кредитовании сектора

В то же время, Национальная стратегия развития сельского хозяйства и сельской местности на 2014-2020 гг., утвержденная в 2014 году, выявляет основные системные проблемы в кредитовании сельскохозяйственного сектора. Вот некоторые их них:

  1. Краткий период кредитования, отсутствие долгосрочных займов (инвестиционные кредиты, как правило, рассчитаны на 3 года, за исключением некоторых, достигающих 5 лет, таким образом, весьма проблематично финансировать многолетние посадки или такие послеуборочные установки как склады-холодильники);
  2. Высокая процентная ставка (15%-20% годовых);
  3. Ущербные смежные политики (завышенные требования к кредитным гарантиям, недостаточная оценка залогов банками), в совокупности со слаборазвитыми рыночными инструментами облегчения доступа к кредитам (гарантийные фонды для кредитов, субсидии на прибыль).

Все же, следует отметить, что проблемы кредитования сельского хозяйства нельзя оценивать односторонне, только с точки зрения банковского сектора. Поскольку фермерам сложно соответствовать требованиям относительно залога и доказать свою финансовую состоятельность в том числе и потому, что на долю сельского хозяйства приходится самый высокий процент неформального сектора экономики, а следовательно и представляемые официальные данные зачастую оказываются гораздо хуже, чем реальная ситуация.

В Национальной стратегии развития сельского хозяйства и сельской местности власти, среди прочего, предлагают и облегчение доступа фермеров к рынкам капитала. Они констатируют, что действующие программы поддержки инвестиций, предоставляют важные инструменты для улучшения доступа фермеров к капиталу, а усилия по облегчению доступа аграриев к кредитам должны быть направлены на:

– Создание нормативно-правовой базы для функционирования гарантированных товарных сделок (гарантийные фонды, складские сертификаты);
– Превращение местного земельного рынка в более привлекательный актив для банков;
– Снижение сельскохозяйственных рисков за счет смягчения последствий и страхования рисков в сельском хозяйстве.

Кредитование сельского хозяйства – менее 8% от общего объема

В конце октября 2016 года портфель банковских кредитов для сельхозпроизводителей составлял 2,837 млрд. леев или 7,9% от общего объема кредитов, предоставленных коммерческими банками. С начала года остаток по кредитам для сельского хозяйства снизился на 5,3%. Это снижение совпадает с общей тенденцией в области кредитования в целом, где зафиксирован минус в 5,9%. Рейтинг коммерческих банков по объему финансирования сельского хозяйства возглавляет MAIB с 895 млн. леев или 31,5% от общей суммы, за ним следуют «Moldinconbank» и «ProCreditBank» с долей рынка в 22,2% и, соответственно, 16,8%.

tabel-cu-bancile

В то же время, в настоящее время сельскохозяйственный сектор во многом зависит от банковского финансирования. К концу 2015 года займы, предоставляемые организациями микрофинансирования в сельском хозяйстве и пищевой промышленности, составили 345 млн. леев, что почти в 9 раз меньше, чем объем банковских кредитов в сельскохозяйственном секторе.

На данном этапе молдавское сельское хозяйство продолжает проигрывать в конкурентоспособности со странами региона и нуждается в глубокой модернизации, одновременно с принятием мер по цивилизации внутреннего рынка, сокращению неофициального трудоустройства и повышением качества продукции. Поскольку сельхозпроизводители не располагают необходимыми средствами для инвестиций, а власти пока не способны навести порядок на финансовом рынке, вся эта история с созданием Банка развития сельского хозяйства является лишь пусканием пыли в глаза фермеров. Говоря реалистичным языком, они еще долгое время будут оставаться во власти банков и без эффективной помощи со стороны властей.

Инициатива министра сельского хозяйства, с учетом всех вышеизложенных обстоятельств, является утопической и популистской – лишенной экономического обоснования и нежизнеспособной.

* * *
Данный материал подготовлен в рамках Проекта «Борьба с экономическим манипулированием посредством масс-медиа», реализуемого Общественной ассоциацией Центр европейских инициатив «EuroPass». Разрешается полное или частичное перепечатывание и распространение данного материала с сайта http://www.europasscenter.wordpress.com, что является бесплатным и не требует согласия Центра «EuroPass».
Проект «Борьба с экономическим манипулированием посредством масс-медиа» реализуется при финансовой поддержке Фонда Сороса в Молдове, Программа Масс-медиа. Мнения, выводы и заключения, изложенные в данной статье, принадлежат авторам и не обязательно отражают позицию Фонда Сороса в Молдове.

 

Anunțuri